С картины художника Франсуа Дюбуа (1529—1584). Кантональный музей изящных искусств,
Лозанна (Швейцария)
Так называется массовое убийство гугенотов-протестантов в Париже, организованное французским королём Карлом IX и его матерью Екатериной Медичи
(католиками) и начавшееся в воскресенье, в ночь на 24 августа (праздник
св. Варфоломея) 1572 года, вскоре после бракосочетания лидера протестантов Генриха Наваррского с Маргаритой Валуа. Жертвами Варфоломеевской ночи в Париже стали в основном дворяне,
которые прибыли на эту свадьбу.
Резня продлилась
вплоть до начала октября потому что после Парижа волна убийств прокатилась по провинциям Франции. По различным оценкам, в Париже в этот день погибло около 2000 человек, а
по всей Франции в погромах было убито около 30 тысяч гугенотов.
Предпосылки и причины
В религиозных войнах 16 века католики старались остановить
распространения культа протестантизма, который угрожал королевской
власти, в то время как часть дворянства придерживалась идеалов
Реформации.
Расправа над
гугенотами в ночь на 24 августа 1572 года стала результатом ряда
событий:
- Сен-Жерменский мир;
- свадьба короля Генриха III Наваррского и Маргариты де Валуа;
- покушение на адмирала де Колиньи, предводителя гугенотов.
Сен-Жерменский мир положил конец трём годам гражданской войны между католиками и протестантами, но вызывал опасения, потому что наиболее радикальные католики отказывались его признавать. Так, семейство Гизов, добивалось недопущения присутствия гугенотского лидера, адмирала Гаспара Колиньи, при дворе.
Однако, Екатерина Медичи со своим сыном Карлом IX всячески пытались охладить воинствующий настрой своих единоверцев. Их сопровождали финансовые трудности, которые вынуждали поддерживать мир и оставаться в дружеских отношениях с Колиньи. Гугеноты имели хорошо вооружённую армию, щедрые ассигнования своих аристократов и контролировали укреплённые города Ла-Рошель, Коньяк и Монтобан.
Чтобы закрепить мир между двумя противоборствующими сторонами, Екатерина Медичи запланировала на 18 августа 1572 года свадьбу своей дочери Маргариты Валуа с протестантским принцем Генрихом Наваррским, будущим королём Генрихом IV. Но ни Папа Римский, ни испанский король Филипп II, ни наиболее рьяные католики Франции не разделяли политику Екатерины.
Екатерина Медичи не получила разрешения Папы Римского на этот брак, поэтому французские прелаты были на распутье. Королеве стоило немалых усилий уговорить кардинала Шарля де Бурбона (единственного католика в семье Бурбонов) поженить пару.
Во время свадебных торжеств, 22 августа 1572 года была совершена попытка покушения на убийство Гаспара де Колиньи, дворянина, обращенного в протестантизм и лидера партии гугенотов. Покидая Лувр, около 11 часов утра, он был поражен выстрелом из аркебузы. Почему была предпринята атака? Возможно, чтобы саботировать мирный процесс. Хотя самые восторженные католики видели в этом божественное наказание. Если сегодня невозможно узнать зачинщика этой атаки.
Эдуар Деба-Понсан. Утро у ворот Лувра. 1880. Клермон-Ферран. Франция. Коллекция Музея Роже-Кийо. На картине изображена Екатерина Медичи (в чёрном) в сопровождении свиты, бесстрастно разглядывающая тела жертв массового убийства гугенотов-протестантов на следующее утро после Варфоломеевской ночи.
Ход событий
Традиционно считается, что Варфоломеевская ночь была
непосредственно спровоцирована Екатериной Медичи, матерью французского
короля Карла IX, под давлением итальянских советников, таких как Альбер
де Гонди и Лодовико Гонзага..
Резня произошла спустя шесть дней после свадьбы королевской дочери
Маргариты с протестантом Генрихом Наваррским, в связи с которой многие
из самых богатых и видных гугенотов собрались в преимущественно
католическом Париже.
Резня началась 24 августа 1572 года, в канун дня святого Варфоломея, спустя два дня после покушения на убийство адмирала Гаспара Колиньи, военного и политического предводителя гугенотов.
Вечером 23 августа этот совет собрался в Лувре и состоял из Екатерины Медичи, герцога Анжуйского, брата короля, хранителя печатей Бирага, маршала Таванна, барона де Реца, герцога Неверского и епископа Орлеанского, по большей части итальянцев.
Достоверно не известно, каким образом принималось решение о резне, но судя по всему, ключевую роль здесь сыграл бывший воспитатель короля барон де Рец.
Карл IX, 22-летний молодой человек с неустойчивой психикой, уступил общему мнению своего окружения, по легенде прознеся фразу: «Пусть убьют их всех, чтобы не осталось никого, кто мог потом попрекнуть меня!».
Резня началась 24 августа 1572 года, в канун дня святого Варфоломея, спустя два дня после покушения на убийство адмирала Гаспара Колиньи, военного и политического предводителя гугенотов.
Вечером 23 августа этот совет собрался в Лувре и состоял из Екатерины Медичи, герцога Анжуйского, брата короля, хранителя печатей Бирага, маршала Таванна, барона де Реца, герцога Неверского и епископа Орлеанского, по большей части итальянцев.
Достоверно не известно, каким образом принималось решение о резне, но судя по всему, ключевую роль здесь сыграл бывший воспитатель короля барон де Рец.
Карл IX, 22-летний молодой человек с неустойчивой психикой, уступил общему мнению своего окружения, по легенде прознеся фразу: «Пусть убьют их всех, чтобы не осталось никого, кто мог потом попрекнуть меня!».
Ненависть парижского населения к гугенотам, а также давняя вражда семейных кланов Колиньи и Гизов превратили намечавшуюся акцию в массовую резню.
Считается, что сигнал к началу резни прозвучал с колокольни церкви Сен-Жермен-л'Оксеруа. Однако Агриппа д’Обинье пишет о колоколе королевской часовни: «…чтобы они узнали час экзекуции по звону большого колокола во дворце…», «она (королева) ускоряет набат во дворце, приказав звонить на полтора часа раньше колокола Сен-Жермен-Оксерруа».
Кровавые события начались между первым и четвёртом часами утра.
Большую часть гугенотов, расквартированных в замке, собрали во внутреннем дворе, где они были зарублены швейцарцами и королевскими гвардейцами. Нескольким протестантам удалось уцелеть, в том числе благодаря королеве Наваррской, Маргарите де Валуа, которая спасла как минимум трех человек. Дворяне-гугеноты, бежавшие из Лувра, были убиты на соседних улицах. Их тела, собранные перед дворцом, раздели и бросили в Сену.
В Варфоломеевскую ночь Колиньи погиб одним из первых. Его убийцей стал чешский наёмник Карел Яновский-з-Яновиц (Karel Janovský z Janovic), известный в Париже по кличке Бем.
Мертвый Колиньи перенес ещё пытки четырех стихий (воздух, земля, вода и огонь), которые католики считали необходимыми для удовлетворения божьей мести. Привязанное к конскому хвосту выпотрошенное и обезглавленное тело протащили по грязным улицам и набережным, частично сожгли, погрузили в воды Сены, где оно гнило три дня, после чего повесили за ноги на виселице Монфокон. Маленьких детей призвали уродовать тело. Традиционно, детям, в возрасте от 5 до 7 лет, доверяли убийство еретиков путем побивания камнями. Действия чистых и невинных могло означать воплощение божьей мести. Через несколько дней слуги Франсуа де Монморанси, кузена Колиньи, сняли тело адмирала с виселицы.
По словам д’Обинье и Брантома голову Колиньи позднее забальзамировали и
отправили Папе Григорию XIII, который был несколько удивлен… но посчитал
это триумфом католической церкви.
По мнению историков в планы королевы-матери не входила массовая резня гугенотов. Первоначально планировалось устранение Колиньи и ещё примерно десятка основных военных предводителей гугенотов, а также захват номинальных лидеров гугенотской партии — принцев Бурбонского дома — Генриха Наваррского и его двоюродного брата, принца де Конде. Суть в том, что погибнуть должны были только лидеры.
Но отряды Гиза начали выслеживать всех гугенотов в Париже, словно охотники, преследующие свою добычу любой ценой. Они напали на протестантских лидеров, живших в Фобур-Сен-Жермен (в то время он еще находился за городом).
Около 11 часов утра ошеломленный король попытался остановить бойню. Но город уже охватил массовый психоз. Толпа с невероятной одержимостью и фантастическим рвением отдалась насилию, которое не останавливалось в течение пяти дней. Тысячи беззащитных людей, включая детей и беременных женщин, были убиты, изуродованы, выпотрошены, их обнаженные трупы выброшены в Сену. Обезумевшая толпа при поддержке священников особенно предпочитала нападать на зажиточных людей, не гнушаясь убивать интеллектуалов, книготорговцев, иностранцев, при этом с энтузиазмом мародерствуя.
В этой беспокойной атмосфере распространяются слухи, что на кладбище Невинных произошло «чудо». Расцвел сухой боярышник, а на листьях будто-бы замечены капли крови. Толпа увидела в этом знаке одобрение Бога на «очищение».
У гугенотов, запертых в городе, шансов на то, чтобы спастись, практически нет. Некоторым удается укрыться у родственников, но каждый католик, и даже не гугенот, находящийся под подозрением, также рискует быть убитым, а его дом подвергается тщательному обыску. Более того, тот, кто выражает свои сомнения относительно бойни, также может быть убитым.
Ненависть католиков-простолюдинов подогревалась плохими урожаями, увеличением налогов, повышением цен на продукты и предметы первой необходимости. Обыкновенных горожан возмущала показная роскошь, устроенная по случаю королевской свадьбы.
Легко узнаваемые по чёрным одеждам, гугеноты становились лёгкой добычей для обезумевших убийц, которые не давали пощады никому. Город оказался во власти разбушевавшейся черни.
Мёртвых раздевали, потому что многим хотелось ещё и поживиться одеждой. В таком хаосе можно было спокойно ограбить соседа, разделаться с кредитором, а то и с надоевшей женой. Никто уже не отслеживал, кто гибнет под шпагами, гугенот или католик. В конце концов король все же приказал немедленно навести порядок на улицах Парижа.
Карл IX и Екатерина Медичи пишут письма губернаторам провинций, в которых отрицают свою причастность к насилию. Но уже во вторник 26 августа король торжественно направляется в парламент и меняет свои аргументы. Он заявляет, что все, что произошло, вершилось по его воле. Он приказал казнить всех гугенотов и их лидеров, поскольку они готовили заговор против короля и государства. Утверждая, что крамольники наказаны, король приказывает положить конец насилию, которое не заканчивается до 29 августа, и подтверждает возобновление действия Сен-Жерменского мирного договора. На улицах города было убито от 1500 до 3000 человек. Тела брошены в реку, многие находились у подножья холма Шайо.
Волна насилия прокатившись по Парижу, позже перекинулась на другие города и сёла, и вылилась в кровавую бойню потому что известия о парижских событиях быстро распространились по стране и спровоцировали резню в других городах - Ла Шарите (24 августа), Мо (25-26), Бурже (26 августа и 11 сентября), Орлеане (26-27), Анжере (28-29), Лионе (31 августа - 2 сентября), Руане (17-20 сентября) Бордо и Тулузе (3 октября) и др. Всего в стране там погибло около десяти тысяч человек.
По отношению к католическому разгулу, за редким исключением, власти этих городов занимали либо поощрительную, либо нейтральную позицию.
Значение и последствия
Резня стала коренным переломом в Религиозных войнах во Франции. Гугенотам был нанесён сокрушительный удар, в результате которого они лишились многих из своих видных предводителей. Резня была «самой ужасной религиозной резнёй столетия», во всей Европе она «оставила в умах протестантов неизгладимый след и мнение, что католицизм был кровавой и предательской религией».
Около 200 тысяч гугенотов бежали в соседние государства. Англия, Польша и немецкие герцогства выразили своё недовольство такой возмутительной вспышкой насилия. Русский царь Иван Грозный также осудил такое обращение с народом (его письмо с осуждениями было написано через два года после Новгородского погрома).
Варфоломеевская
ночь в христианском мире стала непоправимым переломом. Протестантская
Европа была в ужасе и отвергала все предложения об умиротворении.
События Варфоломеевской ночи избавили гугенотов – от иллюзий, что существует возможность сосуществования с католиками в рамках одной общины и свободного отправления обоих культов.
Началась очевидная политизация конфликта. Франция разделилась на два лагеря, причем, на юге страны возникла настоящая конфедерация гугенотских городов, не признающая королевскую администрацию.
Авторитет королевской власти заметно пошатнулся, поскольку началась борьба не за влияние на короля, как было раньше, а против него.
Корона, со своей стороны, перестала искать мирного компромисса с гугенотами. Сен-Жерменский мирный эдикт 1570 года был отменен.
Король Наваррский в торжественной обстановке отрекся от протестантизма, оставаясь луврским заложником вплоть до февраля 1576 г., когда ему удалось бежать и позднее возглавить гугенотское движение.
В 1572 году многие протестанты эмигрировали из Франции в Женеву, Германию, Англию, Нидерланды и северные страны.
Столицей французских гугенотов на долгие годы стала Ла-Рошель, которая будет подчинена короне только при Людовике XIII и Ришелье в 1628 году.
Все попытки Карла IX захватить город в привели только к новой, Четвертой гражданской войне 1572-1573 годов.
События и последствия Варфоломеевской ночи резко обострили болезнь короля - туберкулез, от которого он скончался два года спустя.
События Варфоломеевской ночи избавили гугенотов – от иллюзий, что существует возможность сосуществования с католиками в рамках одной общины и свободного отправления обоих культов.
Началась очевидная политизация конфликта. Франция разделилась на два лагеря, причем, на юге страны возникла настоящая конфедерация гугенотских городов, не признающая королевскую администрацию.
Авторитет королевской власти заметно пошатнулся, поскольку началась борьба не за влияние на короля, как было раньше, а против него.
Корона, со своей стороны, перестала искать мирного компромисса с гугенотами. Сен-Жерменский мирный эдикт 1570 года был отменен.
Король Наваррский в торжественной обстановке отрекся от протестантизма, оставаясь луврским заложником вплоть до февраля 1576 г., когда ему удалось бежать и позднее возглавить гугенотское движение.
В 1572 году многие протестанты эмигрировали из Франции в Женеву, Германию, Англию, Нидерланды и северные страны.
Столицей французских гугенотов на долгие годы стала Ла-Рошель, которая будет подчинена короне только при Людовике XIII и Ришелье в 1628 году.
Все попытки Карла IX захватить город в привели только к новой, Четвертой гражданской войне 1572-1573 годов.
События и последствия Варфоломеевской ночи резко обострили болезнь короля - туберкулез, от которого он скончался два года спустя.
Варфоломеевская ночь дала стимул появлению многообразной политической полемики, ставшей благодатной почвой для многочисленных католических и гугенотских сочинений (Жана Бодена, Ф. дю Плесси-Морне, монархомахов-тираноборцев) о природе и сущности публичной власти, зачастую нацеленных против королевской особы, двора и членов королевской семьи.
Так, Екатерина Медичи обвинялась в том, что задумала Варфоломеевскую ночь еще во время встречи с герцогом Альбой в Байонне в 1565 году.
Одним из итогов стало появление политического объединения умеренных католиков - т.н. «недовольных» или «политиков», во главе с младшим братом короля герцогом Алансонским, стремящихся политическими методами урегулировать религиозный конфликт, в т.ч. путем создания органов управления и представительных институтов (Генеральных штатов) на межконфессиональной основе и предоставления государственных должностей в равной мере как католикам, так и гугенотам.
Именно «политики» в дальнейшем приведут к власти Генриха Наваррского, став его главной политической опорой в деле замирения французского королевства.
По материалам Интернета
Понравилась статья? Поделись с друзьями!
